18+
Ищем инвестора и продюсера

Борьба с педофилией

Борьба с педофилией

С 2010 года в России начало набирать популярность движение под брендом «Борьба с педофилией». Пытаясь оседлать волну модного тренда, на тропу войны с педофилией вышли все, начиная от рядовых домохозяек до ультраправых скинхедов. Из этой публикации сайта Pedo24.com вы узнаете, какие маркетинговые приёмы используются данными активистами для монетизации борьбы с педофилией, как борцы с педофилией начали представлять угрозу для общественного порядка и общественной безопасности, а также вы узнаете, как деятельность подобных организаций, групп и сообществ срывает оперативную разработку и специальные операции МВД и ФСБ.

Маркетинг

Назовите шампунь от перхоти №1 в мире. Прямо сейчас ваш мозг автоматически выдал ответ на этот вопрос. Но как это стало возможным? Этот эффективный маркетинговый инструмент называется «повторяемость». В течение нескольких десятилетий в ваше сознание внедряли функцию автоматизированного ответа на этот вопрос. Более того, вы даже не заметили, что это был вовсе не вопрос, это был приказ — приказ вашему сознанию немедленно выдать правильный ответ.

Тот же самый маркетинговый приём регулярной, интенсивной и назойливой повторяемости используется и для торговли продуктом под брендом «педофилия», но в чистом виде спрос на педофилию чрезвычайно низкий, поскольку педофилия — это заболевание:

«Сексуальная тяга к детям (мальчикам, девочкам или к тем и другим), обычно препубертатного или раннего пубертатного возраста» — МКБ-10, код болезни F65.4

Бульварное чтиво

Первые попытки монетизации педофилии были предприняты журналистами различных желтопрессных изданий ещё в девяностых годах прошлого века. Дешёвые низкопробные издания, специализирующиеся на продаже различного информационного мусора, всегда находятся в поиске ярких и броских заголовков, побуждающих человека приобрести информацию, которая не несёт в себе никакой полезной информационной нагрузки. Лучше всего продаются заголовки, имеющие вхождение ключевых слов «секс», «насилие» и «убийство», но максимальную конверсию обеспечивают различные сочетания этих слов с ключевым словом «дети».

Самым продаваемым заголовком в мире является заголовок, имеющий вхождение всех перечисленных ключевых слов одновременно, притом для формирования такого заголовка совершенно не обязательно включать фантазию и воображение, достаточно просто перечислить эти ключевые слова по порядку, разделяя их запятыми и союзами: «Секс, насилие, убийство и дети» — статья с таким заголовком побьёт все рекорды кликов, просмотров и продаж. Но у этого идеального заголовка есть один существенный недостаток — это невозможность присоединения к нему какой-либо дополнительной информации, поскольку любое слово либо словосочетание, интегрированное в этот идеальный заголовок, превращает его в перегруженный и совершенно бессмысленный набор слов.

Невозможное возможно

Для повышения продаж низкопробных бульварных изданий, редакторы приступили к поиску решения задачи присоединения к идеальному заголовку дополнительной информации. Для решения этой сложнейшей задачи было необходимо в первую очередь оптимизировать этот продаваемый заголовок методом объединения хотя бы двух ключевых слов в одно. В поисках методов оптимизации, редакторам удалось найти термин, ранее известный лишь в узких медицинских кругах, который объединяет в себе ключевые слова «секс» и «дети» — это медицинский термин «педофилия». Данная находка стала самым настоящим подарком для жёлтой прессы, поскольку теперь невозможное стало возможным, и медицинские термины «педофилия» и «педофил» начали мелькать на первых полосах газет и журналов.

Но для повышения продаж этого недостаточно, поскольку необходимо было каким-то образом присоединить к термину «педофилия» ключевые слова «насилие» и «убийство», которые не являются характерными для данного заболевания и не описаны ни в одном авторитетном источнике. Для решения задачи интеграции этих ключевых слов в термин «педофилия» жёлтой прессой был использован вышеупомянутый маркетинговый инструмент повторяемости, и низкопробные издания приступили к массированной бомбардировке сознания рядового обывателя заголовками, включающими в себя одновременно педофилию, насилие и убийства. Результатом этой самой крупномасштабной кампании по дезинформации стало наделение медицинских терминов «педофилия» и «педофил» нехарактерными свойствами насилия и убийства детей.

Для заболевания «Педофилия» несвойственны насилие и убийства.

Попытки интеграции в термины «педофилия» и «педофил» различных нетипичных, но хорошо продаваемых свойств продолжаются по сей день. Степень абсурда доходит до того, что в педофилию пытаются интегрировать даже каннибализм.

Продавцы воздуха

Сегодня новостные агентства продолжают массированную бомбардировку сознания людей дезинформацией и ежедневно кого-то подозревают в педофилии, разыскивают за педофилию, обвиняют в педофилии и даже сажают за педофилию.

Ни одного человека в Российской Федерации не посадили за педофилию.

Весьма занимательно наблюдать за реакцией рядового обывателя, которому предлагают найти в Уголовном кодексе ходя бы одно упоминание слова «педофилия» в контексте уголовно наказуемого деяния. Предпринимая безуспешные попытки найти хотя бы одно вхождение этого слова в признаках уголовного преступления, человек начинает метаться от одной справочной системы к другой, и в конце концов к нему приходит осознание того факта, что уже несколько десятилетий в его сознание вбиваются клинья несуществующих определений. Добро пожаловать в мир манипуляции вашим сознанием!

На почве распространения дезинформации о заболевании «Педофилия» и повышения стоимости продаж данного продукта начали паразитировать предприимчивые торговцы воздухом, которые решили не останавливаться на достигнутом и продолжили культивировать различные вариации несуществующих определений, вновь и вновь выкладывая на прилавок мыльные пузыри. В конечном итоге этот продукт стал настолько хорошо продаваться, что им начали торговать даже политики, которые набивают себе политические очки за счёт формирования пустых портфелей под брендами «пропаганда педофилии», «оправдание педофилии» и даже «смертная казнь за педофилию».

Пустыми портфелями под брендами «что-то там за педофилию» торгуют только политические фигуры с крайне низкими рейтингами и никому неизвестные деятели на должности «заместитель заместителя» или «помощник помощника». Ни один из действующих авторитетных политиков с высоким рейтингом никогда даже не пытался разыгрывать карту «что-то там за педофилию», поскольку выставить на кон заведомо нереализуемую законодательную инициативу — равносильно политическому самоубийству. Граждане с высоким коэффициентом интеллекта отфильтруют пустышки с несуществующими определениями ещё на этапе их оглашения, а люди с интеллектом ниже среднего спросят с такого политического деятеля через несколько лет по факту неисполнения взятых на себя обязательств, поскольку реализовать такую пустышку в рамках КоАП РФ и УК РФ невозможно ни при каких условиях и ни при каких обстоятельствах. Поэтому уже много-много лет повторяется одно и то же: «что-то там за педофилию» выкладывают на прилавок, потом убирают, выкладывают, убирают, выкладывают, убирают — и так из года в год на протяжении нескольких десятилетий.
Абсолютно все продавцы воздуха прекрасно знают, что они торгуют несуществующими и невозможными к существованию в рамках КоАП РФ и УК РФ определениями: «пропаганда педофилии», «оправдание педофилии», «смертная казнь за педофилию» и прочие «что-то там за педофилию».

Борьба с педофилией

Апогеем культивации несуществующих определений стал вывод на рынок качественно нового продукта, который можно уже не просто продавать, а привлекать к его реализации гранты и пожертвования. Борьба с чем-либо всегда является крайне выгодным с финансовой точки зрения предприятием, а если наделить врага нехарактерными чертами, то борьба приобретает неограниченные временные рамки и становится бесконечной, поскольку победить несуществующего врага попросту невозможно.

Модный тренд борьбы с педофилией начал набирать обороты лишь тогда, когда данный вид сомнительной деятельности удалось поставить на коммерческие рельсы.

На заре эпохи, единичные борцы с педофилией выглядели довольно безобидно, а их деятельность ограничивалась лишь информированием правоохранительных органов о фактах распространения детской порнографии в сети. С течением времени разрозненные активисты начали объединяться в различные группы и сообщества для поиска единомышленников, координации усилий и повышения эффективности работы. На этом этапе деятельность подобных сообществ носила исключительно некоммерческий характер, а весь профит заключался лишь в пиаре собственных аккаунтов в социальных сетях, но с ростом аудитории данных групп и пабликов их владельцы начали всё чаще и чаще задаваться вопросом монетизации.

Поскольку монетизация при помощи размещения рекламных постов практически не приносила никакой существенной прибыли и встречала недовольство со стороны участников групп, то единственным возможным вариантом поднять денег на педофилии был выход в оффлайн, но борьба с распространением детской порнографии в оффлайне невозможна, поэтому наиболее энергичные и предприимчивые активисты громогласно заявили, что правоохранительные органы без них не справляются, поэтому они берут карательную миссию борьбы с педофилами на себя.

Подобные дерзкие заявления были встречены бурными овациями рядовых обывателей и под аплодисменты толпы было сформировано ныне запрещённое в России экстремистское движение «Оккупай-педофиляй».

Оккупай-педофиляй

Борьба с педофилией настолько волшебная пилюля, что она способна реанимировать, реинкарнировать и даже реабилитировать ультраправорадикальные субкультуры националистического толка, чем не могли не воспользоваться всеми забытые «Скинхеды».

На этапе формирования «Оккупай-педофиляй» Федеральная служба безопасности Российской Федерации оценила степень угрозы для общественного порядка и общественной безопасности в качестве наивысшей, поэтому ещё в зародыше данного движения спецслужбы приступили к внедрению внештатных сотрудников в ряды активистов с целью получения информации о деятельности «Оккупай-педофиляй» и последующего сбора доказательной базы совершённых преступлений.

Вся деятельность движения «Оккупай-педофиляй» зиждилась на подставах и особой избирательности будущих жертв. В частности, вызывает некоторое удивление одно из высказываний лидера движения Максима Марцинкевича, цитата:

«Ловить педофилов надо не на 14-летних девочек, а на маленьких мальчиков. Четырнадцатилетней девочке я и сам засадить не против» — Максим Марцинкевич.

Вот лишь малый список преступлений, совершённых участниками движения «Оккупай-педофиляй»:

  • хулиганство
  • нанесение побоев
  • грабежи
  • разбои
  • вымогательства
  • угрозы убийством
  • причинение тяжкого вреда здоровью
  • возбуждение ненависти и вражды
  • унижение человеческого достоинства
  • неправомерное применение средств самообороны

По заверениям активистов этого движения, никаких денег за участие в антипедофильских рейдах они не получали, а принимали участие исключительно по идейным соображениям. Отсутствие денежного вознаграждения для рядовых участников проектов по борьбе с педофилией вполне обыденное явление, поскольку ими движет не жажда наживы, а некая идеологическая философия, чего нельзя сказать о лидерах и продюсерах антипедофильских проектов.

Многие ошибочно полагают, что основную финансовую прибыль от деятельности данного движения извлекал ныне покойный Максим Марцинкевич (более известный под прозвищем Тесак), но Максим был в этом проекте не более чем медийной персоной. Тесак в совершенстве владел ораторским искусством и обладал превосходными коммуникативными навыками, что позволило ему примкнуть под крыло одного из агентств инфлюенсер-маркетинга, которое в дальнейшем выступило продюсером проекта «Оккупай-педофиляй» и в итоге получило львиную долю прибыли.

Игры на полях шоу-бизнеса по степени агрессивности, беспринципности и циничности ничем не уступают крайне жестоким политическим играм, поэтому своих подопечных подобные агентства не щадят. Как это ни прискорбно, но Максим Марцинкевич был изначально определён продюсерами проекта «Оккупай-педофиляй» в роли пешки и расходного материала, поэтому из него выжимали максимум и требовали каждый раз повышать градус данного шоу, невзирая на требования действующего законодательства, что в итоге и привело Тесака на тюремные нары.

Максим Сергеевич Марцинкевич скончался поздним вечером 15 сентября 2020 года в СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области при весьма загадочных обстоятельствах, которые совпали с аппаратным сбоем в системе видеонаблюдения. Официальная причина смерти — самоубийство, но ходят слухи, что он был ликвидирован влиятельным педофильским лобби.

Отряд домохозяек специального назначения

Поскольку радикальные антипедофильские движения были ликвидированы совместными усилиями МВД и ФСБ, то сегодня армия борцов с педофилией преимущественно состоит из скучающих домохозяек, но головной боли правоохранительным органам и спецслужбам они доставляют ни чуть не меньше. Единственные, кому домохозяйки не доставляют головной боли — это педофилам, поскольку те их попросту не боятся. Более того, педофилы их не только не боятся, но и в открытую насмехаются над ними, поскольку деятельность отряда домохозяек специального назначения больше похожа на цирк.

Отличительной особенностью полиции, Следственного комитета и специальных служб является пугающая тишина в работе. Предполагаемый преступник узнаёт о факте проведения в отношении него комплекса оперативно-разыскных мероприятий только тогда, когда он в наручниках лежит лицом в пол. Когда же за дело берётся отряд домохозяек специального назначения, то грохот кастрюль слышен на весь интернет. Беда состоит в том, что этот грохот кастрюль слышен не только адептам уютных сообществ кройки и шитья, но и предполагаемым преступникам.

Между просмотром мыльных опер, скучающие домохозяйки сочли, что без их участия победить педофилов ну никак не получится, поэтому они подвязали фартуки, вооружились половниками и вышли на тропу войны с педофилией, а самые матёрые из них провозгласили себя лидерами этой смертельной битвы и тут же заявили, что с этого момента им все должны — должно государство, должны правоохранительные органы, должны рядовые обыватели, а каждый, кто посмеет усомниться в праведности их миссии, безоговорочно нарекается педофилом.

В сообществах подобного рода местами даже усматриваются признаки, характерные для тоталитарных сект. Во-первых, это культ личности. Никто из адептов толком не знает, кто ещё воюет на полях кровопролитных сражений плечом к плечу с великим учителем, поскольку все остальные бойцы попросту меркнут в ослепительных лучах солнца лидера. Великий гуру постоянно бравирует перед своими адептами некими высокопоставленными связями в правоохранительных органах, рассказывает о выступлениях на различных форумах и конференциях, вещает про участие в закрытых секретных совещаниях и всячески старается поддерживать в рядах адептов иллюзию собственной значимости, важности, высокой востребованности и аффилированности с различными государственными структурами и политическими деятелями. Кроме того лидер пишет книги, которые не пользуются никакой популярностью за пределом общины, но адепты коммуны буквально молятся на эти священные писания.

Следующий признак — это, конечно же, пожертвования. В среднем адепты жертвуют 250-500 рублей ежемесячно. Поскольку столь малые подаяния не тянут даже на десятину, то община испытывает постоянный финансовый голод. Но хронический дефицит бюджета обусловлен не столько малыми пожертвованиями, сколько значительными расходами на обеспечение жизнедеятельности самого лидера движения. Стоит отдать должное, что лидеры подобных организаций в целом и не скрывают от адептов того факта, что они обязаны не только финансово обеспечивать работу организации, но и полностью покрывать расходы лидера на личные нужды.

Третий признак — это радикальная нетерпимость к иноверцам, вероотступникам и представителям схожих педоборческих конфессий. Адепты культа мониторят всемирную паутину не только на наличие запрещённого законодательством контента, но и фанатично отслеживают критиков. В случае обнаружения на просторах интернета наглеца, который посмел усомниться в святости лидера и праведности их миссии, незамедлительно бросают все силы и средства для установления личности критика, после чего приступают к психологическому прессингу, угрозам и агрессивной травле в социальных сетях.

Аналогия с тоталитарным религиозными культами проведена совершенно не случайно. Дело в том, что основные жертвы подобных культов — это их лидеры. Долгие годы проповедуя совершенно бесполезные для общества учения, продавая доверчивым людям воздух и мыльные пузыри, создавая иллюзию собственной важности, значимости и востребованности они сами становятся заложниками своего же детища.

Единственный навык, которым за всю жизнь смогли овладеть лидеры борьбы с педофилией — это продажа борьбы с педофилией. Обратите внимание, как этим продуктом мастерски торгуют политики — они используют борьбу с педофилией лишь в качестве небольшого вкрапления в основную массу своей профессиональной политической деятельности, при том делают акцент на этих вкраплениях крайне редко и лишь тогда, когда это действительно уместно и оправдано, например, в преддверии выборов. Даже ведущие государственные деятели, профессиональная карьера которых построена на защите прав детей, не отпускают этот продукт оптовыми партиями, чтоб не спровоцировать его обесценивание. А в руках так называемых лидеров борьбы с педофилией данный продукт уже ничего не стоит, но единственное ремесло, которым они научились зарабатывать себе на хлеб — это продажа борьбы с педофилией, поэтому лидеры подобных организаций вгрызаются в этот бизнес намертво.

Ещё каких-то лет 5-6 назад продукт под названием «Борьба с педофилией» довольно хорошо продавался и люди охотно его покупали. Более того, на восходящей волне этого модного тренда даже государство было не против прикупить себе небольшой пакет акций этого бренда за счёт софинансирования из фонда Президентских грантов, но на фоне крайне неблагоприятных прогнозов относительно этого продукта, государство в последующем отказалось от содержания столь сомнительного и токсичного актива.

Токсичная борьба с педофилией

Вся деятельность организаций по продаже борьбы с педофилией насквозь пропитана грязью, ложью, скандалами, подставами и грызнёй за так называемые «кейсы». Кейс — это инцидент, который находится в работе. За эти самые кейсы активисты обсуждаемых организаций готовы глотку друг другу перегрызть — чем они, собственно, и занимаются. Но самое отвратительное, что грызня эта идёт не где-то там в закулисных кулуарах, а прямо на публике, что провоцирует у всех случайных очевидцев рвотные позывы.

Казалось бы, ну что им делить? Они же бескорыстно борются со вселенским злом во имя добра и спасения детей! Пускай не ты закрыл кейс, а твои коллеги по цеху, но ведь основная цель борьбы достигнута — мерзавец понёс наказание, зло повержено, а дети спасены. Купите тортик, соберитесь вместе за столом, поздравьте друг друга, отпразднуйте победу! Но не тут-то было… Победа над злом и спасение детей — это не основная цель, основная цель — это деньги, а количество денег прямо пропорционально количеству закрытых кейсов. Но самое интересное, что по факту кейсы закрывают правоохранительные органы, а эти организации лишь выполняют роль посредников между потерпевшей стороной и правоохранительными органами, но лидер организации как всегда спешит к своим адептам с благой вестью: «Мы выследили! Мы посадили! Мы закрыли! Мы спасли!», — после чего адептам предлагается быстренько приготовить хрустящие купюры и банковские карты. Адепты в экстазе аплодируют стоя и сетуют на плохое государство и ужасное правительство, которое не спонсирует величайших супергероев по борьбе со вселенским злом.

Чтобы адепты продолжали биться в экстазе и как можно чаще расчехляли кредитки, необходимо имитировать бурную деятельность и постоянно их подкармливать. Для этого лидеры данных организаций на регулярной основе сливают в социальные сети детали расследования, материалы уголовного дела, скриншоты внутренних служебных переписок и прочую чувствительную информацию о ходе проведения оперативно-разыскных мероприятий, тем самым раз за разом срывая оперативную разработку и специальные операции МВД и ФСБ. Но апогеем цинизма являются периодические акты мести, когда в ходе грызни за кейсы различные обиженные активисты сливают в сеть чувствительную информацию с целью преднамеренного срыва оперативной разработки.

Самое омерзительное, что паразитируют данные организации на почве тяжких преступлений, совершённых в отношении детей.

Постскриптум

Как показывает практика, конечная судьба лидеров коммерческой борьбы с педофилией складывается незавидная.
Обсудите эту публикацию на форуме →